Синеголовник -
Лета погребенье,
Цветы колючие
Как истина, как соль,
Как снисходительное благословенье.
В висках заныло, тянет в пальцах стужа.
Головки мака чопорно страшны
Под слоем тонким розового лака,
Как похоть в рыбьем образе блесны.
Здесь затаилась слабость и отвага.
Зима на пыльной полке стережет.
В фарфоровом плену застыла сага
Про умерший и не воскресший год.

                   К …

Дрожит нестройный лад,
Мой грех - без покаянья.
Бежит тепло трепещущей волной.
Свиданье было кратким -
Ложь так явно меня тревожит
В искренности снов.
Твой полоумный рыцарь -
Я - с цветами не знаю,
Как сложить осколки дня.
Мой принцип - острый камень,
Что разбивает зеркало звеня.
Оградка мира мертвых так
Хрупка. Как краска шелушится
Явь. Сутки стерты
Движеньем уходящей лодки.
Ни вплавь… Ни по воде
За ней мне не удастся
Перейти сквозь преходящий
Свет, струящийся во мне.
Я остаюсь, и настоящее
Пульсирует, свербит, сияет.
Мигрень - круги и точки -
Абстракция непрожитой тоски.
Я знаю только
Точно: точка - гвоздик,
Поспешно вынутый из гробовой доски,
Сирень погасит Солнце.
Всё уходит.


                      Буран

Все полнится весельем и тревогой,
Метель, тоскует, буйствует, кружит.
Колдун седой, беснуясь над дорогой,
Бормочет, скачет, шепчет, ворожит.
То схватит жадно, развернет за плечи;
То бросится под ноги белый кот,
И слышится как воет недалече
Разрушенного дома дымоход.
Глядишь: то светится огнем былинка,
То глаз зловещий вспыхнет и мигнёт,
Вздохнет кто, поцелует, и тропинка
Уводит в бок, сверкает и влечет.
Все полнится тревогой и весельем,
Тоской, раздольем, пляской удалой.
Кружит всю ночь колдун седой с метелью,
Поет, смеется, шепчет над рекой.

                  Чернец

Земля от зноя ноет и звенит,
А неба облака - холодные осколки,
В ветвях запутались, так колки и остры.
У ока черного - горящие костры
Мерцающие медные иголки.
О зоркость - обморок.
Как лопнувшая корка
Рта рана рваная
Рыдает и кровит,
О пустота!
Медлительно и странно,
Надвое треснувший гранитный мегалит
Плывет, пылает, плачет и болит,
Скрежещет, кружится кровавый мир багряный
И крошится со сводов лазурит.


                         * * *

То лунной тенью заглянешь в окно,
То старческими пятнами платана
В дверном проеме тронешь полотно,
То станешь шишечкой отцветшего дурмана.
И тянется полуночная лень
Как белошвейки шелковая строчка.
Мелькнет как будто бы атласная сорочка
Усмешка, шепот, шелест, снова тень.
Тебя ищу среди мечтаний, снов,
Рыданий или шепотов любовных,
Среди проулочков, среди котов бездомных,
За гранью логики утраченных оков.
Твоя игра - всего лишь блик ночной,
Пароль в секунде, уходящей в вечность,
В тебе порок сквозит как безупречность,
Как в искре моря проступает соль.

       Горицвет
(Офельная песенка)

Я сегодня поутру
Встретила зарю
И о том, как я умру,
Ветру говорю.
Нежен свет и светел сад,
Чисты небеса,
Запустила в сердце яд
Звонкая оса,
Коршун-братец в вышине.
Милый, вспомни обо мне,
Помни обо мне.
Милый мой уснул навек
В сердце неживом,
Не смеживши смертью век,
Сам он стал как сон.
В изголовье мягкий дерн,
Камешек - в ногах,
Звуки девичьих имен
На его губах.
Милый, спи же без забот
На чужих руках,
Я свернусь клубком,
Как кот -
Камешком в ногах ,
Свечек тихих яркий свет
Здесь засветит горицвет,
Желтый горицвет.
Милый, милый, неживой,
Прорасту сама травой -
Темной и ревнивой
Жгучею крапивой.

                                                           © Е.Мильченко       

НАЧАЛО                                                    НАЗАД                                                 ВОЗВРАТ

               Предыдуущая публикация  и об авторе - РГ №1 2014