* * *

Вот я сижу на скамейке

не совсем трезвый, и жду автобус,

и все человечество вместе со мной сидит на скамейке

и ждет автобус.

Вот приближается автобус к остановке -

вместе  с автобусом подъезжает, прилетает

всё, что перевозит людей:

самолеты, поезда, пароходы, мотоциклы, 

кареты, ракеты.

И вот я сажусь в автобус 

и вместе со мной все человечество

усаживается в разные виды транспорта,

кому где нравится,

и мы отъезжаем, отлетаем, отплываем, отчаливаем,

и никто не знает, и знать не желает куда, зачем,

сколько времени нас здесь не будет.

Да хоть навсегда!

 

            * * *    

Проснуться утром,

очнуться,

узнать себя - это же я, я,

тот самый, что вчера свалился

полумертвый, пьяный.

Опять живой!

Могу моргнуть, присвистнуть,

пошевелить рукой, ногой,

взглянуть на потолок,

затылок почесать,

беспечно лежать под одеялом,

зная, что мигом поднимусь, когда решу подняться,

пусть не вскочу, как прежде,

но встану, буду стоять на собственных ногах,

а не лежать навытяжку по команде “смирно”,

которую Начальник уже не отменит никогда.

Какое чудо - быть живым!

Даже если думаешь о смерти,

даже если помнишь, что она близка,

пока ты жив - смерть всего лишь сказка,

мы вечны - пока живы!

 

                         * * *

Во всем я теперь уверен/неуверен, 

то сначала уверен, потом неуверен, 

то одновременно и уверен, и неуверен, 

и даже бывает так, 

когда отсутствуют оба - 

и ув. и неув. 

А что присутствует? 

А ничего! 

Пропадает необходимость, потребность 

быть уверенным или неуверенным 

в чем бы то ни было - 

ощущаешь себя одуванчиком 

в безветренную погоду.

                                                                                      ©  А.Гельман

НАЧАЛО                         ПРОДОЛЖЕНИЕ                                        НАЗАД                                            ВОЗВРАТ