После грозы
Надрывно прогрохочет воз
Грозы по гулкой черепице,
И тихий свет сойдет со звезд,
И в каждой капле отразится.
Мы возвратимся на балкон,
Смахнем дожди со старых кресел.
Как тихо здесь - прозрачный сон
Покой миров уравновесил -
Как будто смыты рубежи,
И проговорены эпохи.
И в каждой капле мир дрожит,
И время замерло на вздохе.
На балконе
Внимать вечернему покою.
Средь первых звезд свою найти,
Покуда зори к водопою
Бредут по Млечному Пути,
Пока туман плывет по скверу,
И шепот снов чуть уловим.
Здесь обрести иную веру
Возможно, и возможно Рим
Построить мановеньем взгляда,
Дыханье задержав едва.
Здесь можно и совсем не надо
Друг другу говорить слова,
Когда в туманах вечер тонет,
И время выбирает сны,
Где мы у мира на ладони
К его свече поднесены.
* * *
Мне помнится не горечь, не упреки,
А то, как шли по осени вдвоем:
Как двое стали вдруг не одиноки
Под уходящим в просинь сентябрем,
Где просинь глаз слилась с дорогой к дому,
Где на столе букетик хризантем.
Я помню, как мы были невесомы,
Как были нежно-счастливы затем.
А осень уходить не торопилась,
И вечерами, споря с фонарем,
Рябиновой зарею в окна билась,
И плакала, как будто ни о чем.
Зажженной лампы свет печальный...
Так что же было изначально:
Печаль, летящая во мгле;
Нашедшая приют случайный
В зажженной лампе на столе?
Глухих дождей осенний морок
В тоскливом свете октября,
Когда тебе уже за сорок,
И сонный шепот фонаря
Над спящей улицей дороже
Пробелов стынущего дня?
Не помню. Только ночи в дрожи
Мечты, исполненной огня,
Стихов мерцающие токи -
И ты,
Идущая во мгле... .
Но индевело на востоке,
И лампа гасла на столе.
Дни жили как-то между прочим.
Печаль и свет, соединясь,
Под лампою - творили ночи
Воображаемую вязь:
Где звезд накал, где ночь слезами,
Где ритмы сердца - в силуэт
Вдыхали жизнь. Росло сказанье
О женщине, которой нет.
Ненайденной слагались строки
С пометкой наверху Н.М.
Но индевело на востоке.
День был безлик, а Гόспод нем.
Зажженной лампы свет печальный
Давно не льет счастливых слез
Над тем, что было изначально.
Оно забылось. Не сбылось.
Шли дни и годы, неба милость
Не проложила к сердцу след ...
Но время вдруг соединилось,
И тишину наполнил свет.