В окно кто-то постучался. Посмотрела – это Солнце.
        - Ты чего без настроения сегодня? – спросило оно.
        - С чего это ты взяло? – удивилась я.
        - Не здороваешься, – обиделось светило.
        - Извини, заработалась с утряньки. Привет, родимое, - сказала я и чихнула.
        - Простудилась? – спросило Солнце.
        - Есть маненько, – ответила я, вытерев рукавом протекший нос.
       - Так ведь Осень тебе еще три месяца назад открытку послала - мол, приду рано, в середине августа, одевайся теплей.
      - Я ее еще не получила. Ты же знаешь как почта работает, - ответила я и выключила компьютер.
        - Тогда выходи, погуляем, согрею, - сказало Солнце и поднялось выше, чем положено.
         Пошла в прихожую, оделась - куртка, джинсы, кроссовки - и вышла.
       На улице тепло, светло, птички, цветы и все такое - в общем благодать. Перешла дорогу - ближе к каналу, там еще люди купаются.
        Иду.
       Сверху Солнце плетется, жарит, старается, под ногами первые желтые листья уже начали стелить осенний ковер, слева кусты с деревьями шушукаются, справа - машины куда-то проносятся, раздражают. Слава богу, улочка у нас тихая, машин не много.
       Кто-то пристроился сбоку. Оглянулась. Рядом летит Бабочка - белая, обычная. Трясется - то ли нервничает, то ли дрожит.
       - Ты чего? – спросила я.
      - Холодновато чего-то, а от тебя тепло. Не обращай внимание. Согреюсь немного и дальше полечу.
      - Куда? – спросила я.
      Она в ответ пожала крыльями.
      - Не знаю.
      Я остановилась.
      - А хочешь - поживи у меня до следующего лета.
      Бабочка смутилась.
     - А не стесню? Да и беспокойная я - все летаю, да летаю, постоянно перед глазами буду мелькать.
      - Мелькай, - сказала я.
      Она подумала и согласилась. Я объяснила ей, где живу, дала ключи и она полетела.
     Иду дальше. Навстречу голубь, переваливается боками. Пошуршала в кармане, достала остатки вчерашней булки. Покрошила, бросила голубю. Он быстро склевал ее и сел мне на плечо.
      - А где остальные? – спросила я.
      - Улетели.
      - Почему? – спросила я.
      - Шумно было.
      - А ты чего остался?
      - Тебя ждал. Не ходи дальше. Там деревья рубят.
      - Опять под пивной ларек? – спросила я.
      - Не знаю, - ответил он. – Не ходи, расстроишься.
      - Не расстроюсь, - сказала я и расстроилась.
      - Ну, я полетел, - сказал голубь и полетел.
      Прибавила шагу, на душе вмятина. Вскоре послышался визг электропилы.
      - Зачем деревья губите, мужики? – спросила я.
      - Чтоб ты сериалы спокойно смотрела, - ответил один из них и вонзился пилой в тополь.
      - Я не смотрю сериалы, мне деревья милей, - отгрызнулась я.
      - А моя жена смотрит, - захохотал он, а помощник махнул топором по отпиленной части.
      Тополь вздрогнул, застонал от боли, в последний раз посмотрел на Солнце и рухнул, утащив за собой три молодых деревца - березку, клен и рябину.
       - Простите меня, я не хотел, - прошелестел он в последний раз листьями и стих.
       Подняла глаза.
       - Ах, вот оно что, - сказала я, увидев освободившуюся от объятий деревьев, электролинию.
      - А ты как думала? – сказал другой. – Они своими ветками линию беспокоили, людей без света оставляли.
       - Перенесите линию в другое место или поднимите ее выше, - сказала я.
       Они не поняли.
       - Это ты нашему начальству скажи, - сказал тот, у которого жена сериалы смотрит.
       Расстроилась еще больше. Если эти не понимают, куда уж начальству - оно деньги считает.
       - Не бери в голову, я еще выращу, - сказало Солнце и закрылось тучей, чтобы я не видела его слез.
       - Ты вырастишь другой тополь, а этого уже не будет, - сказала я.
       Солнце тяжело вздохнуло и опять закрылось тучей.
       Иду дальше. В душе 100 градусов по Цельсию, руки в кулаки, закипаю. Сзади кто-то догоняет.
       Оглянулась. Дворняга с соседнего двора. По глазам вижу – что-то случилось
       - Там твой голубь, на дороге. Машиной его, - гавкнула дворняга.
       Срываюсь с места, несусь назад, слезы по щекам.
      У обочины автомобиль - дорогой, лаковый, сияет. За рулем мужик - холенная рожа с холодными глазами, курит, ждет кого-то. А перед колесом голубь, еще живой. Увидел меня, взмахнул два раза сломанным крылом и закрыл глаза, навсегда.
       - Ты что не видел голубя? – заорала я и пнула кроссовкой машину.
       Рожа удивленно посмотрела на меня и сбросила пепел. Он не понял.
       - Ты это мне? – спросила рожа.
       Я схватила голубя с безжизненно болтающейся шейкой и поднесла к холодным глазам.
        - А-а.Одним голубем больше, одним меньше, вон их сколько, - философски протянула рожа
       Поцеловала голубя, положила на машину, на капот. А потом выхватила из кармана пистолет и приставила холодное дуло к холеному виску. Сигарета выпала из рук, прям на дорогой костюм.
       - Ты что убить меня хочешь? – спросил он дрожащими губами и обмочился.
       - Да, - рявкнула я. – Одним человеком больше, одним меньше, вон их сколько.
       - Из-за голубя? – не понял он.
       - А чем ты лучше?
       - Но я человек!
       - Чем ты - человек лучше голубя, таракана или тополя? – переспросила я.
       Он задумался. Дала ему минуту на размышление. Раз секунда, два секунда, три…, минута. Он не ответил. Спустила курок. Выстрел, голова на руле, на виске и стеклах красные подтеки. Взяла голубя, положила в машину.
       - Теперь он всегда будет с тобой, - сказала и вызвала «Скорую».
      Совсем невмоготу, душа в клочья, слезы душат, голубя жалко. И тополь жалко с березкой, кленом и рябиной. А этого - в машине - нет.
       - Идем, провожу тебя домой, - сказало Солнце и мы пошли назад.
      - Разбуди меня завтра пораньше, - попросила я его на пороге дома. – Утром мне лучше работается, да и с тобой дольше пообщаемся.
       - Хорошо, - пообещало Солнце. – Не забудь полить цветы. Я сегодня попарило…
       И вот я опять дома. Тихо. Сняла кроссовки, куртку, джинсы. Прошла в комнату. Включила компьютер. Выключила. Настроения нет, перед глазами голубь, тополь, три молодых деревца - березка, клен и рябина.
       И тут вспомнила про Бабочку. Где она? Поискала глазами в комнате, заглянула на кухню, в туалет, ванную.
      - Ко мне никто не приходил? – спросила я рыжего пушистого Кота с большим белым пятном на макушке. Он лежал в кресле и лениво наблюдал за мной.
       - Бабочка приходила, - ответил Кот и зевнул во весь рот.
       - Так, где ж она? – набросилась я на него.
       - Ну что шумишь? – недовольно ответил Кот. – Лучше внимательней смотри.
      - Вот только твоих загадок мне не хватало! Сейчас же говори, где она! – рявкнула я, продолжая обшаривать глазами каждый сантиметр комнаты.
      - Если ты будешь на меня орать, начну ловить твоих любимых мышей, - ультимативно мяукнул Кот.
       - Ладно. Извини. Где Бабочка?
       - Она у меня на голове. Неужели не видно? – обиделся он.
       И тут я увидела ее. Она устроилась на белом пятне рыжей головы кота и спала.
       - Не буди ее, она только-только отогрелась и очень устала, - остановил меня кот, уловив мою попытку подойти к Бабочке.
      Льдинки в сердце стали таять - одна, другая, третья. Может с Солнцем поболтать, чтобы все растаяли?
      Подошла к окну. Под окном козырек магазина - длинный, на весь наш второй этаж. По козырьку воробьи прыгают, чирикают, зовут. Увидев меня, зачирикали еще сильней.
       - Понятно, - сказала я и бросила им пшена. Желтые клювики забарабанили по козырьку, добивая льдинки в сердце.
        К магазину подъехала машина «Мороженое».
        - Хочу мороженого, - сказал Кот.
        - Сейчас спущусь, - сказала я и взяла денег.
        - И шоколад не забудь, - добавил он, провожая меня к двери с Бабочкой на голове.
        - Хорошо, - сказала я.
       Вышла на улицу. Иду к магазину. Мимо проехал грузовик, потом «Скорая» - возвращается уже, волоча за собой шлейф нашатыря. А за шлейфом автомобиль, дорогой, лаковый, сияет. За рулем рожа холенная с испуганными глазами, не курит, на виске и стеклах следы подтеков томатного сока. Увидев меня, рванул машину. Он так ничего и не понял. Интересно - высохли его штаны?
       Мороженое и шоколад Кот съел сам. Мне ничего не оставил. Сказал нельзя, я простужена. А шоколадом поделился с Бабочкой. Потом улегся рядом со мной на диван и захрапел.
       Я тоже заснула.
       Когда открыла глаза, было уже около одиннадцати. В окно глядела Луна.
       - Привет, подружка, - сказала я Луне.
       - Привет, - ответила она. – Как настроение?
       - А что настроение?
       - Солнце рассказало мне про тополь и голубя.
      Я ничего не ответила. Не хотела бередить душу.
      - Хочешь, я расскажу про себя? - сказала Луна.
      - Хочешь утешить меня? – спросила я.
      - Да, - ответила Луна и открыла мне тайну своего одиночества.
      Мне стало жалко ее.
      - Ничего, что-нибудь придумаем, - сказала я
     - Придумывай быстрее, - попросила она. – А я тебя за это познакомлю с новой звездой. Хочешь?
     - Спрашиваешь, – обрадовалась я и расчехлила свой телескоп. – А можно я книгу напишу про тебя и твою тайну? – спросила я Луну.
      - Спрашиваешь, – обрадовалась Луна. – А ты знаешь, что Сатурн….
      Посплетничали про Сатурн.
     На следующий день принесли три открытки. Одна от Осени, запоздалая. Читаю вторую: «Привет, подруга! В этом году буду рано - много снега накопилось, за три месяца не управлюсь. Готовь валенки. Зима». Третья от Весны, из Южной Америки: «Зима опять одолжила полмарта, так что запоздаю. Но зато буду теплой, теплой и ласковой - как ты просила. Весна».
      - До весны еще целых полгода, - сказала я Бабочке. – Чего так торопиться с открыткой?
     - Ты же знаешь как почта работает, - ответила Бабочка и мы пошли гулять.

                                                                                                                                   ©А.Варфи
    
НАЧАЛО                                                                                                                                                                                                ВОЗВРАТ