«Тихая лирика» в наши дни продолжает жить и развиваться. И, посудите сами, разве может настоящая, исконная лирика быть не «тихой»? Человек иронизирующий, циник, никогда не достигал той пронзительности, я бы сказала, магичности в Поэзии какая нас завораживает у «шепчущих», «бормочущих» мечтателей-идеалистов.
         Александрина ван Шаффе - поэт широкому читателю не известный, но достойный, чтобы быть открытым. Хотя бы просто для знатоков и ценителей изящной словесности. Разговор души с душой, разговор спокойный и предельно откровенный, интимный - это лирика Александрины.

                                                Письмо за письмом…И заранее ждать не-ответа.
                                                И этот больной не-ответ ежедневно баюкать.
                                                Дожили до лета… Сбегаю из этого лета,
                                                Себя заключаю в магический круг неуюта.

                                                Где время застыло, где тянет промозглой печалью.
                                                Куда ни звонкам, ни ответам вовек не пробиться…
                                                А кто-то снаружи бессильно поводит плечами,
                                                Желая - хотя бы понять, что со мною творится.

        Скажу сразу, «Александрина ван Шаффе» - литературный псевдоним. Псевдоним, как-то сразу напоминающий «Черубину де Габриак». Но Александрина, в отличие от Черубины, никого мистифицировать не собирается (увы!). Она тихо и мирно живет в Санкт-Петербурге… И сразу же чувствуется по стихам - петербургская школа. Эта строгость и выверенность поэтической формы. Эти размеренные, величественные, но эмоционально напряженные трехсложники… Петербург. Ибо где еще можно написать, что «мир держится не на плечах атлантов, а на кончиках птичьих крыл»?.. Пока, напомню вам, их не срезали…
         Пожалуй, еще один ключ к лирике Алекандрины - ахматовский стоицизм, «столпничество на паркетине», а также «камерность» общей дикции:

                                                     Извини, захотелось побыть тишиной,
                                                     Твоим эхом в пустой незнакомой квартире,
                                                     Где звучит непокой твоих встреч не со мной,
                                                     Где мне быть - белизной, как пробелом в пунктире.

                                                     Не сердись, я приду лишь на четверть часа,
                                                     Бестелесно, как свойственно брошенным душам.
                                                     Кто молил небеса? Нам вредны чудеса.
                                                     Нам от них угасать... Нет, я - эхо, не слушай.

            «Мир женской души», - скажете вы. Но душа - всегда женщина. Психея.

                                                                                                                         ©Ю.Подлубнова

О ПОЭЗИИ А.ШАФФЕ            ДНЕВНИК  ПОЭТА     PUSTЯЧKИ        ОБ ИВАНОВЫХ И ГОВНОВЫХ        ВОЗВРАТ