ВОЗВРАТ

 
     
Май 20115         
 
Поэзия_______________________________________      
Станислав Минаков      
 
 
                                                                      На годовщину смерти Иосифа Бродского

        Только Любовь Любовей теперь с тобой
        Та
        что не изменит -
        теперь с тобой
        Та что всегда со всеми
        но всегда - только с тобой
        Ресницами целомудрия
        касаешься щек ее
        Трогаешь пух трепета над губой ее

        Ибо источник истомы - вечное лоно ее

        Брат мой, Иосиф, скажи,
        что к Возлюбленной, Смерти,
        это - возврат, не побег.
        Скажи, что склеп - это кокон,
        а гроб восходящий
        есть просто росток, побег,
        бабочкин выпорх назначенный -
        за океан.
        Дрогнут Америки створки, гроб изойдет в океан.
        И - голубая гондола сквозь балтику вод
        бабочкой воли последней,
        гробом живым уплывет -
        слабой Венеции под величальный свод:
        вот тебе клад, вот, храни и лелей его, вот.

        О, Адонаи, молю я, Господи Сил!
        Смертною дланью
        укрой его,
        где он просил.
        Чтобы до судного часа
        друг возле друга
        они ожидали
        твой светлый последний мрак:
        сын Александра Иосиф,
        Марк Марциал,
        Секст Проперций,
        Валерий Катулл,
        Квинт Гораций Флакк.


        Сок забытья
        забвенья нектар
        под языком ее


         Из  ПЕСНИ ПЕСНЕЙ

Та, которая хлеба не ест совсем,
та, которая сладостей со стола не берет,
та - поправляет челку семижды семь
раз, и к бокалу ее приникает рот.

Красное - на губах, а снизу - огонь внутри.
Она пьет саперави терпкую киноварь
и затем говорит ему: говори, говори,
о мой лев желанный, о мой великий царь!

Он лежит на ковре - весь в белом и золотом.
Он уже не вникает, что Леннон с ленты поет.
«Сразу, сейчас, теперь… Но главное - на потом», -
думает он, дыша. И тогда - встает.

Этой ночью будет у жезла три жизни, три.
Будет семь жизней дареных - для влажных врат.
Он говорит: косуля, смотри мне в глаза, смотри.
И тугим. языком. ей отворяет. рот.

Чуткой улиткой ползет по ее зубам.
Что ты дрожишь, родная? - Да, люб, люб, люб -
тяжек и нежен, бережный, сладок! Дам -
не отниму от тебя ненасытных губ.

Ночи неспешней даже, медленней забытья,
он проникает дальше, жаром томим-влеком, -
ловчий, садовник, пахарь, жаждущий пития.
И у нее находит влагу под языком.

Там, на проспекте, возникнет авто, и вот
крест окна плывет над любовниками по стене.
А он переворачивает ее на живот
и ведет. ногтем. по вздрагивающей. спине.

И когда он слышит: она кричит,
то мычит и саммм, замыкая меж них зазор.
И на правом его колене ранка кровоточит -
где истончилась кожа, стертая о ковер.

 
             Ее нога,
          точнее, две их


конечно коль сзади
взгляд сперва упирается в ниже
что подрагивает (при ходьбе?) но несильно
здесь мера должна быть;
я б
начал терпеливо (постепенновец!) снизу
от пятки-щиколотки
медленно глазом иль носом-щекой
(ресницей попробуй)
по голени (слово ж уместное: голень сплошная)
к гол-убенькой жилке под черточкой, что обратна коленке
(тебе как лучше: едва эпиляции после
или когда волоски уже чуть отросли?)
погоди-ка, каким таким «носом»?
ты ж пока лишь глядишь
(или гладишь?)
ах, да
гляжу; вот здесь очень трепетно
Nota bene! вот эти трапеции
расширяющиеся (дери их комар, эти длинные,
страшные наши причастия - расширяющиеся)
вверх от коленей
(- ты ж сзади!
- да помню, помню!)
должны быть такими
вот именно не такими а такими
то есть если чуть уже иль шире ну толще
то все напрасно
никакого космоса не случится
(ух, чудное слово ж: случится)
но счастье: такие и есть, совсем уж такие, и ты
толь и можешь что выдохнуть
«гыммммм» преутробное
тут тебе шаг до Завета до Ветхого
тут тебе

о, зачем она ходит по дому в короткой
двадцать лет она ходит мне
на полку на верхнюю тянется в шкапе
сбоку когда погляжу, то вот эта дуга
от колена идущая вверх
здесь уж абрис живой окоем
(звук последний как «б» произнес; вот-те насморк)
за него загляну
вот когда стихотворец тебе
вознадобен язык твой
великай могучий
песнь-твоя-песней
где холмы сбегаются
к черной кудрявой долине
ой долина кудрявая

рашнский эрос 
                                                                                                                                                                          ©С.Минаков        


НАЧАЛО   
                         ВПЕРЕД                          НАЗАД      
                    ВОЗВРАТ